Молитва в русской литературе 19 века

Молитва в русской литературе 19 века

Молитва в русской литературе 19 века

Молитва в русской поэзии

Вы будете перенаправлены на Автор24

Тема молитвы в лирике

Самым удивительным свойством лирического произведения является его способность проникать в душу читателя и пробуждать, вызывать в ней самые глубокие, самые разные сильные чувства. Одним из таких чувств является упование на Бога, вера в него и ощущение его бытия.

Часто в процессе изучения лирических произведений выделяются следующие виды лирики:

  • пейзажная
  • любовная
  • философская
  • молитвенная.

В молитвенной лирике отражается духовная сторона жизни ее авторов. И этим опытом духовной жизни поэта, который он запечатлел в своих произведениях, могут воспользоваться читатели современности, которые испытывают так называемую «духовную жажду» и которые стремятся к духовному совершенствованию, самопознанию.

Стихотворения, в которых затронута тема молитвы, есть практически у каждого русского поэта. Эти стихотворения по праву можно назвать жемчужинами русской духовной поэзии, ведь они имеют свойство исцелять человеческие души, которые измотаны и измучены постоянными житейскими невзгодами.

Отличительной чертой русского человека прошлых веков является набожность, о чем свидетельствуют народные пословицы. Посредством молитвы происходит соединение человека с Богом, молитва укрепляет дух человека, и у него появляются силы к преодолению трудностей и невзгод, выпавших на его долю. Человек постоянно обращается к молитве, которая является источником силы, мудрости. Память о молитве не удалось искоренить даже за десятилетия атеизма. Обращение к молитве сохранилось в речевом этикете, в языке.

Молитва в творчестве А. С. Пушкина

Что касается молитвы в произведениях русских поэтов, то в качестве примера можно привести лирику А. С. Пушкина. поэт в годы молодости страдал от чувства безверия, однако в зрелые годы в его душе созреет вера в Бога. Во многом этому способствовала ссылка в Михайловской, где вдали от светских развлечений у поэта было достаточно времени на то, чтобы заглянуть в свою душу, в душу русского народа. В этот период поэт много занимался самообразованием и самосовершенствованием.

Готовые работы на аналогичную тему

Именно в Михайловской ссылке поэт впервые вошел в непосредственное общение с церковью. Поэт наблюдал тесную духовную связь и связь нравственную народа со Святогорским монастырем. Пушкин много читал древние летописи и Карамзина. Все это способствовало его осознанию того величайшего духовного влияния, которая оказывала на народ вера в Бога. Чтение жития святых затягивает поэта, а Евангелие глубоко тронуло его душу. И с этого момента он видит истинную поэзию в молитве и в Евангелие. Затем он напишет поэтическое переложение самой важной молитвы христиан «Отче наш», где он очень точно передал слова молитвы.

А в своем стихотворении «Отцы пустынники и жены непорочны» Пушкин признается, что любимой его молитвой является великопостная, которая читается в течение Великого поста.

Эта молитва вдохновила поэта на одно из лучших его произведений.

Возможно, Пушкин видел сходство между собой и воспетым в произведении пустынником. Основанием этому предположению является стихотворение «Воспоминание», где поэт выражает нравственную муку человека, который тяжело страдает от бремени совершенных грехов.

В лирическом герое этого стихотворения читатель узнает самого А. С. Пушкина. поэт, как и герой этого произведения, по ночам часто переживал о совершенных им грехах.

В стихотворении «Отцы пустынники и жены непорочны» в первой части поэт рассуждает о молитве. Вторая часть стихотворения – это сама молитва. Лирический герой этого произведения признается, что знает многие молитвы, которые позволяют ему преодолевать житейские трудности, однако наиболее близка ему великопостная молитва, в которой упоминаются грехи, от которых ему бы хотелось освободиться.

Герой стихотворения просит у Бога помощи увидеть собственные грехи. Он молится о смирении, любви, целомудрии, терпении, которые являются христианскими добродетелями. Без этих добродетелей невозможно даже представить духовный рост человека. любовь – это трепетное чувство к своему ближнему, благоговейное отношение к Богу.

Именно это стихотворение, которое было написано в 1836 году, отражает духовное состояние А. С. Пушкина на тот момент. Оно является свидетельством того, что христианские идеалы для поэта стали нравственным ориентиром. Поэт перед смертью исповедался в своих грехах, причастился, благословил своих детей.

Молитва в поэзии М. Ю. Лермонтова

Еще одним из самых ярких примеров отношения к молитве в русской поэзии является произведение М. Ю. Лермонтова «Молитва». Это стихотворение поэт написал в 1838 году. В этом стихотворении поэт делится с читателем своим опытом духовной жизни, рассказывая о чудодейственной силе молитвы. В лирическом герое стихотворения каждый читатель легко узнает самого поэта. Кроме того, ясно отражается и причина, по которой он обращается к молитве. Причина эта заключается в жизненных трудностях, которых у поэта было много. Лермонтов рано лишился матери, был разлучен с отцом, испытывал сильные безответные чувства. Всю жизнь его преследует ощущение одиночества, которое является одним из главных мотивов лирики Лермонтова. Это чувство одиночества очень мучительно для поэта, оно вызывает грусть и тоску. Для того, чтобы как-то избавиться от этой невыносимой душевной муки, Лермонтов с молитвой обращается к Богу.

В этом произведении можно выделить три смысловые части. Каждая из этих частей соответствует строфе:

  • В первой строфе описывается душевное состояние лирического героя, который в трудную минуту обращается к Богу.
  • Вторая строфа свидетельствует об огромной, непонятной человеческому разуму, великой силе молитвы.
  • В третьей строфе поэт говорит о том великом чуде, которое произошло как ответ на чистосердечную молитву. Не возникает сомнений в том, что утраченная вера снова обретена героем, и от этого на душе становится легко.

Это всего лишь несколько примеров обращения поэтов к молитве. В творчестве каждого поэта есть подобные произведения, где он в сложные минуты своей жизни обращается к великой силе молитвы.

«Молитва» (1837)

Однако по большей части Лермонтов ничего уже не просит у Бога. В другой «Молитве» («Я, Матерь Божия, ныне с молитвою…») он обращается даже не к Богу – Творцу мира, а к Богородице, которая особенно высоко почиталась народом как заступница за всех грешников перед высшим Судьей. И молится он перед иконой Богородицы не за себя, потому что его душа опустошена («пустынная»[71]), ее уже не оживить и за нее бессмысленно молиться, и потому что он ни на что не надеется, а за душу «девы невинной», только что родившуюся или стоящую на пороге самостоятельной жизни. В стихотворении развернуто несколько противопоставлений: опустошенное «я» контрастно прекрасной душе, перед которой открывается мир; лирическому «я» и прекрасной душе этот мир враждебен и «холоден», и потому «дева невинная» «вручается» не холодному земному миру, а его «теплой заступнице». Здесь опыт «я» переносится на судьбу другой личности. Он говорит поэту, что только помощь, защита и забота Богородицы могут уберечь и спасти «деву невинную» от «мира холодного», т. е. избежать того печального опыта, который выпал на долю лирического «я».

Итак, поэт молится о том, чтобы вся участь «девы невинной» от рождения и до «часа прощального» проходила при попечении Богородицы. С точки зрения Лермонтова, только в этом случае человеку обеспечено естественное пребывание в земном мире. Косвенным свидетельством такого натурального порядка служит необычное для Лермонтова употребление эпитетов в их прямых, предметных или эмоционально устойчивых значениях: молодость светлая, старость покойная, час прощальный, утро шумное, ночь безгласная, ложе (смерти) печальное.

Читайте также

Молитва

Молитва В минуту жизни трудную Теснится ль в сердце грусть: Одну молитву чудную Твержу я наизусть. Есть сила благодатная В созвучьи слов живых, И дышит непонятная, Святая прелесть в них. С души как бремя скатится, Сомненье далеко — И верится, и плачется, И так легко,

К. К. Случевский (1837–1904)

К. К. Случевский (1837–1904) 74. На кладбище Я лежу себе на гро?бовой плите, Я смотрю, как ходят тучи в высоте, Как под ними быстро ласточки летят И на солнце ярко крыльями блестят. Я смотрю, как в ясном небе надо мной Обнимается зеленый клен с сосной, Как рисуется по дымке

Молитва души

Молитва души Вонми гласу моления моего, Царю мой и Боже мой: яко к Тебе помолюся, Господи. Псалом 5 К Тебе, мой Бог, спешу с молитвой: Я жизнью утомлен, как битвой! Куда свое мне сердце деть? Везде зазыв страстей лукавых; И в чашах золотых – отравы, И под травой душистой –

Молитва

Молитва Боже мой, Боже! Ответствуй: зачем Ты на призывы душевные нем, И отчего ты, Господь Саваоф, Словно не слышишь молитвенных слов? Нет, услыхал ты, узнал – отчего Я помолилась. Узнал – за кого. Я за него помолилась затем, Что на любовь мою глух был и нем Он, как и ты

Молитва

Молитва Научи меня, Боже, любить Всем умом Тебя, всем помышленьем, Чтоб и душу Тебе посвятить И всю жизнь с каждым сердца биеньем. Научи Ты меня соблюдать Лишь Твою милосердную волю, Научи никогда не роптать На свою многотрудную долю. Всех, которых пришел искупить Ты

1837 Шагами рыхлый снег измят. За рощей — сумрачный закат. Уж в вечность день отходит. И на поляне черный рок Рукою каменной курок У пистолета взводит. И дрогнул воздух. Снег с ветвей Летит на плечи, в тень кудрей, Скрывающих стихию. В снег опускается рука, Которой суждено:

«Бородино» (1837)

«Бородино» (1837) Солдат-артиллерист с гордостью и достоинством рассказывает о знаменитом сражении, после которого Москва была сдана. Но объясняет это не просчетом полководцев, не усталостью или недостаточным умением солдат, а Божьей волей. В согласии с ней находятся и

«Молитва» (1839)

«Молитва» (1839) Вообще присутствие Бога ощущается не разумом, а чувством. Поэтому оно всегда таинственно. Высший мир обнаруживает себя либо красотой, либо особой внутренней жизнью. Он воздействует эмоционально и на эмоциональную сферу человека. Так, звуки в «чудной»

«Беглец» (1837–1838?)

«Беглец» (1837–1838?) В поэме «Беглец» Гарун осуждается как трус, который бежал с поля боя и не сумел ни отомстить за отца и братьев, ни отстоять честь и вольность черкесов. Он мог вернуться домой либо победителем, либо отомстившим. В противном случае он должен был принять

КОЛОКОЛЬНЫЙ ЗВОН – НЕ МОЛИТВА

КОЛОКОЛЬНЫЙ ЗВОН – НЕ МОЛИТВА К вопросу о литературных полемиках «Либеральный террор» и апелляция к городовому»Бывают эпохи – чаще всего переходные эпохи, когда критика берет на себя дополнительные функции, превращаясь в некий полигон, на котором идет пристрелка идей,

VI. Молитва между объятий

VI. Молитва между объятий Удивляться такому исходу не приходится: социальные связи отсутствуют, общественной работы нет, производительного труда — тоже. Если отнять любовь, что же останется? Религия? Но ведь сама по себе она не может покрыть в XX веке все запросы душевной

МОЛИТВА (Строфы)

МОЛИТВА (Строфы) Благодарю тебя, боже, Молясь пред распятьем, За счастье дыханья, За прелесть лазури, Не будь ко мне строже, Чем я к своим братьям, Избавь от страданья, Будь светочем в буре, Насущного хлеба Лишен да не буду, Ни блага свободы, В железах, в темнице; Дай видеть

Поэтика молитвы и Богообщения в русской женской поэзии рубежа XVIII–XIX веков. А.Пашкуров, Е. Аликова

Смири, врагов моих, Создатель,
Отри потоки слез моих.
Сердец Ты чистых обладатель,
О! Боже, будь защитник их. [13, с.224]
(«Молитва» Е.В.Херасковой)

Вопию ко престолу Творца:
Умягчи, Боже, злые сердца! [13, с.36]
(«Против злодеев» Е.А.Княжниной)

  • Молитва как выражение благодарности («молитва как песнь, гимн Творцу»);
  • Молитва как просьба о заступничестве («молитва против врагов», «молитва как мольба о защите близких от несчастий», «молитва как просьба о благополучии царственной четы»);
  • Молитва как сетование на страдания, «томну жизнь» и просьба к Творцу исправить ее;
  • Молитва как раскаяние-сожаление за «безбожное роптанье», уныние.
  • Наиболее отчетливо поэтика Молитвы и Богообщения представлена в творчестве А.С.Жуковой, Е.С.Нееловой, М.Обрютиной, М.А.Поспеловой, А.А.Турчаниновой, Н.Л.Магницкой, Е.В.Херасковой.
  • Поэтика Молитвы и Богообщения проявляется через целый ряд сквозных мотивов, среди них, например, такие:
  • мотив восприятия мира как чуда и благодарность Творцу за его создание;
  • мотив мольбы о заступничестве от врагов;
  • мотив о защите, спасении близких от несчастий.
  • Поэтика Молитвы и Богообщения реализуется в лирике женщин-поэтов рубежа XVIII–XIX веков в диалоге жанров духовной оды, идиллии, элегии (главным образом, тренической элегии), переложений псалмов.
  • Героиня стихотвориц глубоко религиозна, она чувствует сакральность на земле и небе. Ее веру в Бога, набожность подтверждает слитность с добродетельной, миротворящей Природой, которую она воспринимает как чудо, сотворенное Создателем. В мире Природы героиня стихотворений женщин-поэтов чувствует присутствие Творца. Обращаясь к нему, прославляя его, она довольно часто поет песнь и Природе. В то же время мир Природы часто побуждает ее к выражению благодарения Богу за красоту, разлитую повсюду. Семейная поэтика свидетельствует о религиозности героини через восприятие ребенка как ангела, через выражение в произведениях смирения героини, покорности.
  • Наиболее интересное отражение поэтики Молитвы и Богообщения в лирике женщин-поэтов рубежа XVIII–XIX веков, на наш взгляд, демонстрирует творчество Марии Поспеловой, в котором отчетливо запечатлена поэтизация религиозного откровения. Кроме того, юная стихотворица насыщает свой поэтический мир такими красками (голубым (синим), золотым и зеленым), указывающими, согласно их трактовке в исследованиях по символике, на связь с Богом и подчеркивающими религиозность человека-художника.

Примечания

[1] . Об отражении религиозных мотивов в женском творчестве рубежа XVIII–XIX веков говорит в статье И.Л.Савкина: «Евангельские, шире – христианские, религиозно-нравственные мотивы мы можем встретить в женской литературе уже в XVIII–XIX веке в стихах Анны Буниной, Надежды Тепловой, Елизаветы Шаховой, Каролины Павловой» [18].
[2] . О широком распространении духовной оды в русской литературе XVIII века пишет в своей книге Т.А.Кошемчук: «…Не раз было отмечено такое явление в поэзии XVIII века, как превращение духовной оды в центральный по значимости жанр». [2, с.5]

Литература
1. Библейское учение о символах цвета [Электронный ресурс]. – http://www.imbf.org/docs/numbers/symbolscolor.htm
2. Кошемчук Т.А. Русская поэзия в контексте православной культуры / Т.А.Кошемчук; отв. ред. В.А.Котельников. – СПб.: Наука, 2006. – 639 с.
3. Макаров М.Н. Материалы для истории русских женщин-авторов / М.Н.Макаров //Дамский журн. 1830. Ч.29. № 3. – С.35.
4. Макаров М.Н. Материалы для истории русских женщин-авторов / М.Н.Макаров //Дамский журн. 1830. Ч.31. № 27. – С.4-6.
5. Макаров М.Н. Материалы для истории русских женщин-авторов: Две сестры девицы Магницкие / М.Н.Макаров // Дамский журн. 1830. Ч.30. № 18. – С.65-76.
6. Макаров М.Н. Материалы для истории русских женщин-авторов: Марья Тимофеевна Поспелова / М.Н.Макаров // Дамский журн. 1830. Ч.30. № 16. – С.34-38.
7. Макаров М.Н. Материалы для истории русских женщин-авторов: (Сотрудницы Сохацкого) / М.Н.Макаров // Дамский журн. 1830. Ч.30. № 25. – С.177-185.
8. Михневич В.О. Русская женщина XVIII столетия / В.О.Михневич. – М.: Панорама, 1990. – 404 с. (репринтное издание 1895 г.).
9. Николаева Е.А. «Зерцало екатерининской эпохи»: женское литературно-художественное творчество XVIII столетия / Е.А.Николаева // Проблемы изучения русской литературы XVIII века: Межвузовский сборник научных трудов. Вып. 13. – Самара: Изд-во «НТЦ», 2007. – С.161-172.
10. Ничипоров И.Б. Жанр молитвы в поэзии И.А.Бунина [Электронный ресурс] / И.Б.Ничипоров. – http://www.portal-slovo.ru/philology/37219.php,
11. Онуфриев В.В. Эволюция русского стиха [Электронный ресурс] / В.В.Онуфриев. – http://rifma.com.ru/Istoki.htm
12. Поспелова М.А. Лучшие часы жизни моей / М.А.Поспелова. – Владимир: Тип. губерн.правления, 1798. – 148 с.
13. Предстательницы муз: русские поэтессы XVIII века / Сост. Гёпферт Ф., Файнштейн М. –Wilhelmhorst: Verlag F. K. Gopfert, 1998. – 271 с.
14. Псалтирь [Электронный ресурс] http://ru.wikipedia.org/wiki/Псалтирь, свободный.
15. Разживин А.И. Русская псалтирная поэзия XVIII века / А.И.Разживин, О.Н.Горячева. – Елабуга: Изд-во Елаб. гос. пед. ун-та, 2006. – 144 с.
16. Русская литература XVIII века: Словарь-справочник / А.В.Антюхов, К.Г.Бронников, О.М.Буранок [и др.]; под ред. В.И.Федорова. – М. : МГПУ, 1997. – 248 с.
17. Русские писательницы первой половины XIX века. Факультативный курс для 10-го класса [Электронный ресурс]. – http://lit.1september.ru/2004/31/2.htm
18. Савкина И.Л. Образ Богоматери и проблема идеально женского в русской женской поэзии ХХ века [Электронный ресурс] / И.Л.Савкина. http://www.a-z.ru/women/texts/savkinar.htm
19. Савкина И.Л. Образ Богоматери и проблема идеально женского в русской женской поэзии ХХ века [Электронный ресурс] / И.Л.Савкина. — http://www.a-z.ru/women/texts/savkinar-e.htm
20. Савкина И. Провинциалки русской литературы (женская проза 30-40-х годов XIX века) / И.Савкина. – Wilhelmshorst: Verlag F.K. Gopfert, 1998. – 223 с.
21. Словарь русских писателей XVIII века. – Л.: Наука, 1988. – Т.1 (А – И). – 357 с.
22. Словарь русских писателей XVIII века. – СПб.: Наука, 1999. – Т.2 (К-П). – 510 с.
23. Строганова Е. Категория «гендер» в изучении истории русской литературы [Электронный ресурс] / Е.Строганова. – http://www.jourclub.ru/9/219
24. Тресиддер Дж. Словарь символов / Дж. Тресиддер; пер. с англ. С.Палько. – М. :ФАИР-ПРЕСС: Издат.-торговый Дом «Гранд», 2001. – 444 с.
25. Трубецкой Е.Н. Два мира в древнерусской иконописи / Е.Н.Трубецкой. – М.: Издание автора, 1916. – 32 с.
26. Файнштейн М.Ш. «Вновь лира зазвучала…» / М.Ш.Файнштейн // Предстательницы муз: русские поэтессы XVIII века / Сост. Гёпферт Ф., Файнштейн М. – Wilhelmhorst:Verlag F. K. Gopfert, 1998. – С.5-9.
27. Федоров Б.М. О жизни и соч. девицы Поспеловой / Б.М.Федоров // Дамский журн. 1827. Ч.19. №18. – С.251-253.
28. Федоров Б.М. О жизни и соч. девицы Поспеловой / Б.М.Федоров // Отеч. зап. 1824. № 46.– C.185-201.
29. Федоров Б.М. О жизни и соч. девицы Поспеловой / Б.М.Федоров // Отеч. зап. 1824. № 47. – С.457-470.
30. Федоров Б.М. О жизни и соч. девицы Поспеловой / Б.М.Федоров // Отеч. зап. 1824. № 48. – С.75-86.
31. Федосеева Е.Н. Диалогическая основа русской лирики первой трети XIX века: Автореф. дис. … докт. филол. наук / Е.Н.Федосеева; Моск. гос. обл. ун-т. – М., 2009. – 42 с.
32. Хераскова Елизавета Васильевна [Электронный ресурс] – http://www.biografija.ru/show_bio.aspx?id=132365

А.Пашкуров, доктор филологических наук, доцент кафедры русской литературы Казанского государственного университета
Е. Аликова, магистрант кафедры русской литературы Казанского государственного университета

Сборник научных работ Херсонского государственного университета: «Південний архів» (Збірник наукових праць. Філологічні науки). Випуск XLVI, Херсон, 2009. Видавництво ХДУ

Вера в русской литературе

Ко дню памяти Александра Пушкина

Русская литература – неотъемлемая часть православной культуры. Они неразрывно связаны. Православие в русской литературе открывается как всечеловеческая ценность, как высшее достижение человеческого духа вообще. «Православие образует самую глубокую и продуктивную историческую силу русского народа, – писал В. В. Зеньковский в предисловии к сборнику «Православие и культура», – в церкви мы вступаем в общение с живым средоточием силы, с самым важным нашим национальным достоянием. Светом Православия хотим осветить мы всю жизнь, определить все жизненное творчество. Православие ныне открывается русской душе как основа для построения целостной культуры, как единственная сила, способная обновить жизнь, примирить противоречия истории. С глубокой верой в творческие силы православия, в сознании правды и красоты его, хотим мы служить делу обновления русской жизни в свете Православия»[1].

Православная основа отечественной литературы – это творения «иоанновского духа», стремившегося, в отличие от «фаустовского», не столько «утвердить свою волю, сколько исполнить волю Божию»[2]. Русский религиозный философ Н. С. Арсеньев, обращаясь к русской литературе, отмечает «дух простоты и подлинности», который имеет религиозные корни, живет в Православной Церкви, во всех великих святых и подвижниках. Их характеризуют трезвенность, сдержанность, глубокое смирение и простота сердца, и в этом, по Арсеньеву, сказывается истинное величие духа. Именно это определяет духовную традицию русской культуры, высоту ее религиозной жизни. В величайших творениях русских писателей Н. С. Арсеньев выделяет главную особенность их подхода – «покоряющую внутреннюю целомудренность», потому что произведение искусства есть форма духовности, которая раскрывается в творческом созерцании. На «глубинность» этого созерцания указывали многие исследователи, в том числе представители западной культурологии: «В России не было Реформации, но у вас были собственные события. Сравните: у вас – татарское иго, у нас – расцвет схоластики и рыцарской поэзии. Русь страдала – и шла вглубь: вспомните проповеди Серапиона Владимирского, “Слово о погибели земли русской». Это способность уйти вглубь дала удивительное явление, которое получило название “Северной Фивиады”. Этот путь вглубь и создал традицию»[3].

Именно литература конкретного народа в первую очередь дает представление о его духе, его духовной сущности. Да, нельзя отбрасывать индивидуальность и своеобразие каждого поэта, но высокая художественность гениальных произведений строится на глубокой укорененности автора в своем народе. В этой укорененности состоит уникальность и неповторимое своеобразие поэтических личностей, так как они выражают самые высокие чувства, самые лучшие проявления духа народа.

Читайте также  Молитва парня на здоровье

В XIX веке Россия отличилась грандиозным явлением русской культуры и русского самосознания – явлением Пушкина, творчество которого можно рассматривать как «размеренную, успокоенную, гармоничную Красоту». По мнению русского философа Владимира Соловьева, поэзия Пушкина служит «делу истины и добра», служит «своею красотою». Пушкин соединил наследие православной культуры с западной («Маленькие трагедии», античность). Но «семена народности», православной культуры «запали Пушкину в душу. А там они встречались и переплетались с очарованием античной красоты, античного мира, в романтическом восприятии античности с ее сонмом поэтических божественных существ, столь характерном для «романтического классицизма» конца 18 – начала 19 веков»[4]. Пушкин – вершина русской культуры и художественного творчества. «Как в нем перекликаются разные голоса! Голос его непосредственного вдохновения, его творческого гения и его “музы”:

Ты детскую качала колыбель,

Мой юный слух напевами пленила,

и меж пелен оставила свирель,

Которую сама заворожила»[5].

Его музами стали бабушка Ганнибал и няня Арина Родионовна, в отличие от родителей, которые имели незначительное духовное влияние.

Ах! умолчу ль о мамушке моей[6],

О прелести таинственных ночей,

когда в чепце, в старинном одеянье,

Она, духов молитвой уклоня,

С усердием перекрестит меня

И шепотом рассказывать мне станет

О мертвецах, о подвигах Бовы…

В детском общении с няней – один из корней поэтической и духовной жизни Пушкина. Впечатления от теплящейся перед образом лампадки, от молитвы и крестного знамени смиренной старушки остались с поэтом на всю жизнь.

И хотя Пушкин мог быть и нецеломудрен, фриволен, даже непристоен в некоторых шалостях, особенно в злосчастный кишиневский период, зато в пору зрелости какое владычество гармонии духа над мятущейся страстностью, какая просветленность!

Этот внутренний стиль пушкинской поэзии коренится в основах русского народного духа, православной традиции благочестия. Корни поэзии Пушкина уходили в самые основы русского народного духа. В творческой традиции православного благочестия русский народ черпал ту трезвенность, то благообразие, ту просветленную простоту и смиренную ясность духовную, которые воплотились в его святых и подвижниках. Оттуда и просветленность внутреннего стиля Пушкина.

Поэт укоренен в русской народной стихии: признание ценностей православной веры; Карамзин; нянины сказки; простые и честные русские люди, не говорящие громких фраз, но верные своему долгу; русская деревня и в ее убожестве, и в ее очаровании – это лишь «несколько струй», что объединились в мощном потоке пушкинского творчества.

А знаменитое описание въезда в Москву из «Евгения Онегина» представляет типичное для пушкинской манеры совмещение лирического взволнованного подъема чувства и полного наблюдательности описания мелочей окружающей жизни:

Но вот уж близко. Перед ними

Уж белокаменной Москвы,

Как жар, крестами золотыми

Горят старинные главы.

Ах, братцы! как я был доволен,

Когда церквей и колоколен,

Садов, чертогов полукруг

Открылся предо мною вдруг!

Как часто в горестной разлуке,

В моей блуждающей судьбе,

Москва, я думал о тебе!

Москва… как много в этом звуке

Для сердца русского слилось!

Как много в нем отозвалось!

Вершина поэтических достижений Пушкина – в поразительной лирике зрелого периода творчества. Краткие и полновесные выражения, простота и нежность его творений – как будто они высечены резцом из мрамора или отлиты из бронзы.

Вселенское и вечное

Итак, Пушкин, затем Федор Достоевский дали миру на основе православной веры постижение гармонии, целостность мироощущения, осуществив свое великое призвание, и в этом их огромное значение. Пушкину было недостаточно романтического миросозерцания, а важна еще и духовная интуиция в постижении сущности мира и иерархии образующих его частей.

Достоевский своим мировоззрением оказался внутренне связан со славянофилами, которые ощущали свое дело не только как глубоко национальное, русское, но также как всемирное. Об этом говорил, например, Хомяков в письме Самарину: «Мы должны знать, что никто из нас не доживет до урожая и что наша духовная, даже монашеская работа вспахивания , посева и прополки является не только русской, а всемирной работой» [7] . Эту всемирную работу продолжил Достоевский. Корни мировоззрения писателя, как и у славянофилов, в русском народе, он, как и его народ, «тоскует по успокоению, озарению, по тому, что свято, тому, чему хотел бы преклоняться » [8] . Его завещание – «известная захватывающая Пушкинская речь», которую он держал за полгода до своей смерти, полностью «пронизана большой всемирной точкой зрения о взаимопонимании народов». «Что такое сила духа русской народности как не в ее стремлении ко всемирности и всечеловечности». «Да, назначение русского человека есть, бесспорно, всеевропейское и всемирное. Стать настоящим русским, стать вполне русским, может быть, и значит только стать братом всех людей». Высокое предназначение своего народа писатель видит в том, чтобы «вызывать это взаимопонимание, принимать души других народов братски. Эта всемирная, всечеловеческая широта духа» – особенность гения Пушкина, как явления «пророческого» [9] .

Творчество русских писателей XIX века говорит о них как о людях, просветляющих мир. Как никогда, их творчество в их духовных исканиях и обретениях востребовано нашей современностью – временем кризисным, эпохой переоценки ценностей, в том числе и в литературе. Современное искусство – увы! – отделяет эстетику от этики, художественное творчество – от совести, вдохновение – от нравственного начала, превозносит темное, подсознательное, физиологическое начало в человеке. Для православной литературы такой подход неприемлем, и мы обязаны бороться против него, во имя дальнейших перспектив. В эпоху всеобщего упадка духовности классики указывает направления и пути реального выхода из кризиса.

«В сегодняшний день истории, – отмечал Н. Бердяев, – необходимо утверждать примат духовной культуры над всякой политикой. Необходима глубокая духовная реакция против так долго господствовавшего внешнего, политического отношения к жизни. Задача, которая стоит, прежде всего, перед Россией, есть задача исцеления от духовного недуга. Цель, которая стоит перед Россией, прежде всего, лежит в сфере духовной культуры»[10].

[1] Зеньковский В. В . Предисловие // Православие и культура: сб. рел.-фил. статей / под ред. В. В. Зеньковского. Берлин: Рус. книга, 1923. С. 5.

[2] Казин А. Л . Философия искусства в русской и европейской духовной традиции / под общ. ред. В. П. Сальникова. СПб.: Алетейя, 2000. С. 7.

[3] Лилиенфельд Ф., фон . Восстановление? Нет, возвращение // Литературная газета. 1988. 13 апр. С. 13.

[4] Арсеньев Н. С . Из русской культурной и творческой традиции. Франкфурт-на-Майне: Посев, 1959. С. 195.

[5] Арсеньев Н. С . Духовные силы русского народа. С. 194.

[6] Пушкин имеет в виду либо свою бабушку Марию Алексеевну Ганнибал, либо няню Арину Родионовну Яковлеву.

[7] Arsenjev N . Die russische Literatur der Neuzeit und Gegenwert in ihren geistigen Zusammenhängen. Mainz, 1929. S. 49

[8] Арсеньев Н. С. Духовные силы в жизни русского народа. // Вестник РСХД, 1959, № 54, с. 4

[9] Arsenjev N . Die russische Literatur der Neuzeit und Gegenwert in ihren geistigen Zusammenhängen. Mainz, 1929. S. 48/

[10] Бердяев Н. А . От редакции // София: проблемы духовной культуры и религиозной философии / под ред Н. А. Бердяева при ближайшем участии Л. П. Карсавина и С. Л. Франка. Вып. 1. Берлин: Обелиск, 1923. C. 3.

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА — УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство».

Молитва в русской литературе 19 века

«Молитва»

(«В минуту жизни трудную»)

История создания.

Стихотворение Лермонтова, написанное уже в конце творческого пути в 1839 году, названо «Молитва». В его поэзии есть и другие стихотворения с тем же названием: в ранней лирике это стихотворение «Не обвиняй меня Всесильный. », созданное в 1829 году, оно при жизни поэта не печаталось, и «Я, Матерь Божия, ныне с молитвою. », которое было написано в 1837 году, то есть немногим ранее рассматриваемого. Оба стихотворения, опубликованные соответственно в 1839 и 1840 гг., вошли затем в сборник «Стихотворения М. Лермонтова», который вышел в 1840 г.

Жанр и композиция.

Обычно молитвой называют проникновенное обращение верующего человека к Богу верующего человека. Это веками освященная традиция христианства. Молитвы, которые читают верующие люди в церкви и дома, создавали в древности христианские подвижники, признанные потом святыми людьми, отцами церкви. Конечно, каждый верующий человек может обратиться с молитвой к Богу, найдя в своем сердце, в своей душе нужные слова такие слова не произносятся перед другими людьми, а тем более не появляются в печати. Но в литературе все же есть примеры того, как молитва становится определением особого жанра стихотворения, сохраняющего основные черты православной молитвы. Обычно такие стихотворения принадлежат перу глубоко верующих поэтов, таких, как И.С. Никитин, А.К. Толстой, К. Р. (Константин Романов).

Обращение Лермонтова к такому жанру на первый взгляд кажется странным. Ведь с именем Лермонтова тесно связан демонический мотив в поэзии, над поэмой «Демон» он работал почти всю свою жизнь: начата она была в 1829 году, а последний вариант закончен лишь в 1839 году — и это восьмая редакция! В лермонтовской лирике много стихов, посвященных демону и связанных с этим образом. Можно сказать, что поэт всю жизнь прожил под страшным взором этого мрачного духа зла. Русский романтик Лермонтов в этом отношении продолжает традиции западноевропейского романтизма, прежде всего Байрона, для которого богоборческий и демонический мотивы были очень характерны. Но и традиции русской духовной поэзии оказались близки Лермонтову. Недаром его первое стихотворение в жанре молитвы было написано в том же 1829 году, когда появилось первое стихотворение, рисующее образ демона — «Мой демон». «И гордый демон не отстанет, пока живу я, от меня» — так думал юный поэт. Но прошло время, и в 1839 году Лермонтов с ним «разделался — стихами». Показательно, что в позднем творчестве, к которому относится рассматриваемое произведение, в лирике Лермонтова появились мотивы примирения — с миром, людьми, Богом. Об этом свидетельствует и тот факт, что в это время он дважды обращается к жанру молитвы.

Развитие поэтической мысли стихотворения «Молитва» (1839) организует его композицию как движение от состояния сомнения, печали, грусти (первая строфа) через осознание «силы благодатной» святых слов (вторая строфа) к примирению, очищению и внутреннему просветлению (третья строфа). Можно сказать, что в композиции стихотворения нашло отражение то внутреннее движение души самого поэта от скепсиса к вере и умиротворению, которое характеризует его жизнь в последние годы.

За два года до стихотворения «Молитва» («В минуту жизни трудную. ») было создано Одно из первых произведений поэта, в котором нашли отражение его новые темы и идеи, — «Когда волнуется желтеющая нива. ». В нем мотив примирения выражается в идее смирения перед лицом Всевышнего, звучащей в заключительных строках:

Тогда смиряется души моей тревога,

Тогда расходятся морщины на челе, —

И счастье я могу постигнуть на земле,

И в небесах я вижу Бога.

«Молитва» 1839 года тоже выражает идею отказа от прежних сомнений, скепсиса, приводящих поэта в состояние грусти. Но если в стихотворении «Когда волнуется желтеющая нива. » такое состояние связано с созерцанием умиротворенной природы, то в «Молитве» акцент сделан на «силе благодатной» святого слова. Исходя из этого можно сказать, что в стихотворении «Молитва» тема веры, душевного просветления тесно переплетается с темой слова — для поэта это означает тему творчества: «из пламя и света рожденное слово» — так охарактеризовал его в другом стихотворении Лермонтов. Такая идейно-тематическая связь возникает не случайно. У Лермонтова уже в самых ранних стихах появляются две музы — одна демоническая, которая несет настроения сомнения, скепсиса и приводит к тоске и скуке; другая — муза, помнящая небесные «песни святые», о которых говорится в раннем стихотворении «Ангел». На протяжении многих лет идет напряженная внутренняя борьба этих муз, но ко времени создания «Молитвы» исход этой борьбы становится очевидным.

Теперь демон сомнения отринут: «С души как бремя катится, / Сомненье далеко. » Это не означает, что все в жизни сразу прояснилось: начало стихотворения говорит об особом состоянии, которое было характерно для поэта и нашло отражение во многих его стихах. Это грусть, которая раньше была сродни отчаянию, потому что поэт не верил в возможность существования благодати в мире. И тогда звучали совсем другие звуки, например его «Молитве» 1829 года:

Не обвиняй меня, Всесильный,

И не карай меня, молю,

За то, что редко в душу входит

Живых речей твоих струя,

За то, что мир земной мне тесен,

К тебе ж проникнуть я боюсь,

И часто звуком грешных песен

Я, Боже, не тебе молюсь.

То действительно были «грешные песни», но поэту было дано сказать и иное слово, обращенное в «Молитве» 1837 года к «теплой заступнице мира холодного». Это слово пока еще не о себе, «не о спасении, не перед битвою, / Не с благодарностью иль покаянием». За свою «душу пустынную» поэт еще страшится произнести слова мольбы, обращенной к Богу, но он просит Богоматерь быть небесной покровительницей «девы невинной». Как это уже похоже на веру русского народа, «за други своя» страдающего и молящегося. И как точно угадано Лермонтовым то, что всегда жило в душе русского народа: заступничество в «минуту жизни трудную» надо искать у той, которая понимает все человеческие страдания, — у Божией Матери.

В «Молитве» 1839 года звучит та новая интонация, которая становится теперь характерной чертой поэзии Лермонтова. Это пронзительнощемящее и вместе с тем умиротворяющее звучание сродни подлинной молитве русского человека. Слова этого удивительного стихотворения, подобно молитве в церкви, льются из самого сердца поэта и звучат, как песнопение:

В минуту жизни трудную

Теснится ль в сердце грусть

Одну молитву чудную

Твержу я наизусть.

Историк Ключевский, написавший статью о творчестве Лермонтова под названием «Грусть», доказывает в ней, что по своей ритмике, общему интонационному рисунку поздняя лирика Лермонтова действительно приближается к народной первооснове. Ее ведущий тон Ключевский называет «грусть-тоска» и видит в Лермонтове основоположника того нового мироощущения, отраженного в поэзии, которое совместило в себе романтические и народно-православные основы.

Эти подлинно национальные духовные основы проявляются и в том, что поэт в своих стихах, как и русский народ, чаще обращается к Богоматери — «теплой заступнице мира холодного». В «Молитве» 1839 года не указано, к кому она обращена, но само ее звучание скорее подходит Богородичной молитве. Но здесь основной смысловой акцент — образ самого «созвучья слов живых», которое выливается в «молитву чудную»:

Есть сила благодатная

В созвучьи слов живых,

И дышит непонятная,

Святая прелесть в них.

«Непонятная» прелесть и сила святого слова — вот то главное, что хочет выразить поэт. Именно поэтому не так важно, к кому обращена молитва и о чем она. Важнее другое — результат, который достигается молитвой, произнесенной из глубины страдающей души:

С души как бремя скатится,

И верится, и плачется,

И так легко, легко.

Такую удивительную легкость души, очищенной слезами покаяния, Лермонтов смог наконец постичь в конце своего жизненного пути.

Художественное своеобразие.

Даже среди шедевров лермонтовской лирики «Молитва» 1839 года поражает удивительной гармонией и проникновенностью звучания. Все художественные средства подчинены задаче выразить глубину молитвенного чувства человека. Именно потому поэт использует эмоционально-оценочные слова (грусть, сомненье) и эпитеты («в минуту жизни трудную», «одну молитву чудную»), а также эпитеты, связанные с религиозно-философской тематикой («сила благодатная», «святая прелесть»). Этой же цели служит сравнение («с души как бремя скатится, сомненье. ») и метафора («И дышит непонятная, святая прелесть в них»). Большую роль в создании замедленной, напевной интонации стихотворения играют повторы («И так легко, легко. ), синтаксический параллелизм («И верится, и плачется. »), ассонансы на «у» («В минуту жизни трудную. »; «одну молитву чудную. »).

Значение произведения.

В творчестве Лермонтова «Молитва» стала стихотворением, обозначившим новый поворот во внутреннем, душевном и духовном, состоянии поэта. Она стала ответом тем, кто обвинял его в безверии и демонизме. В то же время вместе с такими стихотворениями, как «Родина», «Молитва» показала обращенность позднего творчества Лермонтова к народным истокам. Уже в XX веке, пожалуй, лишь два поэта — А.А. Блок и С.А. Есенин — достигли в своей поэзии столь же точной и необыкновенно выразительной силы грустно-лирической народной интонации, которая характерна для этого лермонтовского стихотворения. С точки зрения жанра оно также получило продолжение в творчестве таких глубоко верующих православных поэтов, как И.С. Никитин, А.К. Толстой, К. Р. (Константин Романов).

Молитва в русской литературе 19 века

19 век называют «Золотым веком» русской поэзии и веком русской литературы в мировом масштабе. Не стоит забывать, что литературный скачок, осуществившийся в 19 веке, был подготовлен всем ходом литературного процесса 17-18 веков. 19 век – это время формирования русского литературного языка, который оформился во многом благодаря А.С. Пушкину.
Но начался 19 век с расцвета сентиментализма и становления романтизма. Указанные литературные направления нашли выражение, прежде всего, в поэзии. На первый план выходят стихотворные произведения поэтов Е.А. Баратынского, К.Н. Батюшкова, В.А. Жуковского, А.А. Фета, Д.В. Давыдова, Н.М. Языкова. Творчеством Ф.И. Тютчева «Золотой век» русской поэзии был завершен. Тем не менее, центральной фигурой этого времени был Александр Сергеевич Пушкин.
А.С. Пушкин начал свое восхождение на литературный олимп с поэмы «Руслан и Людмила» в 1920 году. А его роман в стихах «Евгений Онегин» был назван энциклопедией русской жизни. Романтические поэмы А.С. Пушкина «Медный всадник» (1833), «Бахчисарайский фонтан», «Цыганы» открыли эпоху русского романтизма. Многие поэты и писатели считали А. С. Пушкина своим учителем и продолжали заложенные им традиции создания литературных произведений. Одним из таких поэтов был М.Ю. Лермонтов. Известны его романтическая поэма «Мцыри», стихотворная повесть «Демон», множество романтических стихотворений. Интересно, что русская поэзия 19 века была тесно связана с общественно политической жизнью страны. Поэты пытались осмыслить идею своего особого предназначения. Поэт в России считался проводником божественной истины, пророком. Поэты призывали власть прислушаться к их словам. Яркими примерами осмысления роли поэта и влияния на политическую жизнь страны являются стихотворения А.С. Пушкина «Пророк», ода «Вольность», «Поэт и толпа», стихотворение М.Ю. Лермонтова «На смерть поэта» и многие другие.
Наряду с поэзией начала развиваться проза. Прозаики начала века находились под влиянием английских исторических романов В. Скотта, переводы которых пользовались огромной популярностью. Развитие русской прозы 19 века началось с прозаических произведений А.С. Пушкина и Н.В. Гоголя. Пушкин под влиянием английских исторических романов создает повесть «Капитанская дочка», где действия разворачивается на фоне грандиозных исторических событий: во времена Пугачевского бунта. А.С. Пушкин произвел колоссальную работу, исследуя этот исторический период. Это произведение носило во многом политический характер и было направлено к власть имущим.
А.С. Пушкин и Н.В. Гоголь обозначили основные художественные типы, которые будут разрабатываться писателями на всем протяжении 19 века. Это художественный тип «лишнего человека», образцом которого является Евгений Онегин в романе А.С. Пушкина, и так называемый тип «маленького человека», который показан Н.В. Гоголем в его повести «Шинель», а также А.С. Пушкиным в повести «Станционный смотритель».
Литература унаследовала от 18 века свою публицистичность и сатирический характер. В прозаической поэме Н.В. Гоголя «Мертвые души» писатель в острой сатирической манере показывает мошенника, который скупает мертвые души, различные типы помещиков, которые являются воплощением различных человеческих пороков (сказывается влияние классицизма). В этом же плане выдержана комедия «Ревизор». Полны сатирических образов и произведения А. С. Пушкина. Литература продолжает сатирически изображать российскую действительность. Тенденция изображения пороков и недостатков российского общества – характерная черта всей русской классической литературы. Она прослеживается в произведениях практически всех писателей 19 века. При этом многие писатели реализуют сатирическую тенденцию в гротескной форме. Примерами гротескной сатиры являются произведения Н. В. Гоголя «Нос», М.Е. Салтыкова-Щедрина «Господа Головлевы», «История одного города».
С середины XIX века происходит становление русской реалистической литературы, которая создается на фоне напряженной социально-политической обстановки, сложившейся в России во время правления Николая I. Назревает кризис крепостнической системы, сильны противоречия между властью и простым народом. Назрела необходимость создания реалистической литературы, остро реагирующей на общественно-политическую ситуацию в стране. Литературный критик В.Г. Белинский обозначает новое реалистическое направление в литературе. Его позицию развивают Н.А. Добролюбов, Н.Г. Чернышевский. Возникает спор между западниками и славянофилами о путях исторического развития России.
Литераторы обращаются к общественно-политическим проблемам российской действительности. Развивается жанр реалистического романа. Свои произведения создают И.С. Тургенев, Ф.М. Достоевский, Л.Н. Толстой, И.А. Гончаров. Преобладает общественно-политическая, философская проблематика. Литературу отличает особый психологизм.
Развитие поэзии несколько затихает. Стоит отметить поэтические произведения Некрасова, который первым внес в поэзию социальную проблематику. Известна его поэма «Кому на Руси жить хорошо?», а также множество стихотворений, где осмысляется тяжелая и беспросветная жизнь народа.
Литературный процесс конца 19 века открыл имена Н. С. Лескова, А.Н. Островского А.П. Чехова. Последний проявил себя мастером малого литературного жанра – рассказа, а также прекрасным драматургом. Конкурентом А.П. Чехова был Максим Горький.
Завершение 19 века проходило под знаком становления предреволюционных настроений. Реалистическая традиция начинала угасать. Ей на смену пришла так называемая декадентская литература, отличительными чертами которой были мистицизм, религиозность, а также предчувствие перемен в общественно-политической жизни страны. Впоследствии декадентство переросло в символизм. С этого открывается новая страница в истории русской литературы.

Читайте также  Отчитки текст молитвы

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector